Рецензии

С

Алексей Смирнов. Центр Роста: сборник: роман, повести. – М.: Корпорация «Сомбра», 2006. – 320 с. – (Серия «Фантастика»).

Алексей Смирнов – автор книг «Под крестом и полумесяцем», «Лето никогда», «Ядерный Вий» и прочих. Многие его произведения переведены на французский язык. Смирнов – победитель конкурса «АРТ-ЛИТО 2000» в номинации «Сборники рассказов» под председательством Бориса Стругацкого.

Роман «Центр Роста» – безусловно, один из лучших образчиков абсурдистской литературы. О’Шипки – сотрудник Агентства Неприятностей. Наскучили удовольствия? О’Шипки и его коллеги выполнят любую прихоть клиента: уведут супругу, разрушат карьеру, искалечат и убьют.

И все у О’Шипки было замечательно, пока начальство не решило отправить его в загадочный Центр Роста. Там всякого ждет череда психологических тестов и жестоких испытаний. Тот, кто все выдержит, получит награду – он станет полубогом… или богом. Все зависит от личных качеств человека.

Пародируя «Десять негритят» Агаты Кристи, автор, работавший некогда врачом-невропатологом, рисует уродливый край. В нем обитают сиамские близнецы, Вечный Воитель из цикла Майкла Муркока, убийцы и сумасшедшие. Их сложные взаимоотношения описаны блестяще.

Кроме романа, в том вошли две повести – «Дуративное время» и «Исполнение чисел». «Дуративное время» – занятная история об инопланетянах, кои по каким-то причинам взялись похищать дураков и пьяниц. «Исполнение чисел» – рассказ о мире, в котором заранее известно, кто после кого умрет.

Темы, затронутые в сборнике, не новы. К ним обращались Франсис Карсак, Гарри Гаррисон и другие. Но, несмотря на это, Алексею Смирнову удалось создать действительно самобытные тексты. Вот только «Дуративное время» и «Исполнение чисел» смотрятся откровенно бледно на фоне изящного «Центра Роста».

Сергей Неграш, №34

Михаил Савеличев «Возлюби дальнего». М, АСТ, (Звездный лабиринт. Библиотека фантастики «Сталкера»). 2003.

В хронологии миров А. и Б. Стругацких повесть М.Савеличева продолжает «Беспокойство» (первый вариант «Улитки на склоне», согласно которому Лес находится не на Земле, а на далекой планете Пандора), и представляет собой рассказ о загадочной операции «Зеркало» (События середины тридцатых годов XXII века, если пользоваться «Опытом историографии» М.Шавшина, «Краткой хронологией» С.Переслегина и «Полетом над гнездом лягушки» В.Казакова). Насколько мне известно, это уже третье или четвертое предположение о том, что же именно скрывалось под кодовым названием «Операция «Зеркало».

В двух словах сюжет данной повести сводится к следующему:

На Пандоре обнаружено явление регенерации мертвых организмов (то есть однократное оживление трупов). Несколько десятков землян, сами того не ведая, заразились этой удивительной способностью. Один погибший воскрес на Земле и долго удивлялся своим похоронам (коих, естественно, помнить не мог).

КОМКОН-2, предполагая агрессивное вмешательство гипотетических Странников, посылает сверхмощный корабль «Берсерк» для уничтожения. Уничтожения чего? Бактерий жизни? Участка непонятного Леса с болотами и неизвестной цивилизацией? Всей Пандоры, на которой сотня землян заперта на карантин? Вояки гуманны, вояки шарахнули по Лесу.

Михаил Савеличев в предисловии говорит, что попытался «не отступать от духа Полудня – светлого, дружеского и чертовски интересного Будущего» (с.3).

Но осведомленность о будущих событиях Мира Полдня (почерпнутая , естественно, из поздних книг АБС) нет-нет да и проскочит в тексте повести «Возлюби дальнего». И какие-то мрачные получаются эти «инсайдерские озарения», не совместимые со «светлым и дружеским» Будущим:

«Мы учреждаем Комиссию по контролю, от которой за версту несет тайной полицией. Всякое общество, создавшее тайную полицию, неизбежно будет убивать (время от времени) ни в чем ни повинных своих граждан...» (с.53).

Кстати, именно Сикорский руководил операцией по выжиганию Леса.

После этого чудовищного мероприятия трагический финал истории подкидыша Льва Абалкина уже не может шокировать общественность.

Представители этого «дружеского» человечества шарахнули бомбой по объекту, от которого не исходило никакой угрозы человечеству. Более того, совещание узкого круга лиц, посвященных в Тайну и наделенных полномочиями решать экстренные вопросы, состоялось уже после бомбежки. Имеет ли смысл говорить, что на этом коллоквиуме выдающиеся умы человечества (Комов, Сикорский, Фуками, Мбога) пришли к выводу, что «дважды смертные» совсем не опасны?

Стиль АБС автор копировать научился, но вот что внутри... Читаем про веселящегося Горбовского, как он с киберуборщиками сражается, синяки получает – интересно. А потом вжик – и три страницы совершенно пустого текста, где тот же Горбовский сидит в позе Солженицына и думает, как нам обустроить Галактику. И так вся книга, слоями.

Трудно через сорок лет (после написания «Далекой Радуги» и «Беспокойства») удержаться в контекстуальном пространстве шестидесятых годов прошлого века. Современность давит на автора; как бы он ни старался дезавуировать ее влияние, дистанцироваться от прошлого опыта нельзя. Ибо что есть атомная бомбежка в повести М.Савеличева? Вполне адекватный раздражитель для читателя информированного, знающего о реальных, громадных катастрофах: испытаниях атомной бомбы на советских солдатах и терактах последних лет. Лет 150 назад, чтобы высечь слезу обывателя, достаточно было, простите за банальность, замочить процентщицу. Теперь же и гибель инопланетного поселения кажется заурядным действом.

Энтропия совести?

Или все-таки энтропия качества?

С. Соболев (Липецк), №23

АнджейСапковский. "Ведьмак"

Книга заслуживает похвалы - оформление страниц, интересный перевод, малое число опечаток. Особенно радует соответствие иллюстрации на обложке тексту книги, главный герой и окружающие его лица изображены довольно точно и красиво.

Итак, кто такой главный герой? Известно, что вышел он из стен Обиталища Ведьмаков, знаменитого учебного заведения, где абитуриентов подвергают многочисленным тестам на толерантность к растительным ядам. Выжившие мутируют, получая знания, умения и навыки борьбы с чудовищами, снятия порчи и общения с окружающими.

Раньше, когда солнце грело жарче, а вода была мокрее, людям на каждом шагу приходилось биться с матикорами, вампирами, оборотнями, эльфами и прочей нечистью. Особенно при освоении целинных и залежных земель, на которых эта нечисть обитала. Там, где мирные поселяне не справлялись самостоятельно, приглашали специалистов – ведьмаков. Работа трудная, грязная, рискованная. Оплата по соглашению. В свободное время ведьмаки любились с чародейками, не пропуская обычных девок, дрались с задирами и старательно искали загадочное Предназначение.

Но нынче все не так. Лето стало холодным, зима – слякотной, земли в основном распаханы, а чудовища измельчали. И ведьмак теперь пошел не тот. Главный герой романа – так вообще белая ворона. Любит одну-единственную колдунью, от Предназначенья бегает, как черт от ладана. К недобитым же чудовищам и бьющимся за выживание нелюдям испытывает жалость и симпатию, грубо извращая принципы ведьмачества. Впрочем, Предназначение он в конце концов принимает, да и то берет пример с дракона-собутыльника, коллеги по профессии, такого же как он сам извращенца по убеждениям.

Ю. Заруднева, №4

А.Сапковский«Башня шутов». Серия «Век дракона».

Для любого мало-мальски продвинутого читателя имя писателя Анджея Сапковского будит фантазию и заставляет сразу же предвкушать наслаждение сродни тому, что испытал бы гурман на пиру у императора Лукулла. Новая книга польского писателя «Башня шутов» (в оригинале – «Narrenturn») уже нетерпеливо просится в руки и, еще не раскрыв ее страниц, я знаю, что несколько вечеров буду упиваться чтением, лишь бы переводчик романа не подкачал…

Судя по этому роману (неторопливое течение событий, детальное описание не только средневекового быта, но и экипировки встречающихся героев), нас ждет новая многотомная сага от пана Сапковского, сага о приключениях студента-медикуса Реневана из Карлова университета в Праге, которую он покинул во время волнений, вызванных гуситским движением. Неосторожная любовная связь с Аделью – женой рыцаря Дона Стерча – немедленно наградила героя несметным количеством врагов, начиная с родни упомянутого рыцаря и кончая Святой инквизицией. А тут еще и странная птица стенолаз, которая вовсе не птица, а таинственное черное существо, несущее смерть тем, к которым оно приходит – так погибает любимый брат героя. Но не будем заранее пересказывать содержание.

«В лето Господне 1420 конец света… НЕ НАСТУПИЛ. Не был освобожден из заточения Сатана. Не сгорел и не погиб мир. Ну, во всяком случае – не весь. Но все равно – было ВЕСЕЛО».

В этом маленьком отрывке, как в волшебном зеркале, отражается частичка шутовского колпака с головы мыслителя и энциклопедиста пана Сапковского, лицо которого закрывает ироничная и язвительная маска.

В. Лебедев (Астрахань), №24

А.Селецкий "Когда наступает ночь",

Ю. Брайдер и Н. Чадович "Дисбат",

Р. Злотников "Собор".

Чем объясняется нынешнее бедственное положение России? Зюганов со товарищи утверждает, что отказом от светлых идеалов, националисты – происками евреев, российские литераторы – стремлением злых колдунов захватить власть. Они обрабатывают молодежь чуждой прогрессивному человечеству идеологией, поощряют убийства кошек на кладбищах, организуют колдовской рэкет и распечатывают входы в некое ужасное измерение, откуда изливается на мирные города страх и нервные депрессии.

Но мрачным злодеям противостоят доблестные защитники окружающей природы и невинных обывателей, "древние" и новообращенные. Они разгонят колдовские банды, опечатают входы-выходы и тогда-то и настанет коммунизм (капитализм).

Ю. Заруднева, №11

М.Семенова «Волкодав. Знамение пути», «Волкодав. Самоцветные горы» СПб. «Азбука-классика», 2003г.

Совершилось долгожданное событие: Мария Семенова, мать-основательница современной русской фэнтези, завершила свой грандиозный труд. С выходом в свет первого «Волкодава» в далеком 1995 году немедленно развелось множество подражателей-продолжателей, но превзойти его не удалось никому. Слишком высок фундамент истории, этнографии и фолклора, на котором воздвигнут сей нерукотворный памятник.

Согласно традициям народных сказок все герои и героини благополучно переженились (вышли замуж), и приключения их, надо полагать, закончены. Нелегко было дожить до счастливого конца сказки и много чего пришлось совершить. Одна кровная месть чего стоила! Вот уж точно – с такими врагами никаких друзей не надо. А та идея, что богам бывает нужна помощь смертных, воплощается в жизнь самыми разными способами: от искусственного землетрясения (меч как тектоническое оружие) до вполне бытовых дел.

Наиболее же экзотичные плоды приносит обращение к классике. Прав был Белинский – все мы вышли из этой шинели – Амбера и Валинора. Герои путешествуют по мирам очень похожим, но чуть различным – у Семеновой миры различаются не только географией, но и критерием отбора населения по моральным и физическим качествам.

Касательно же идей Профессора, тема «Джон Толкиен в зеркале русской фантастики» достойна отдельного труда. Прямые цитаты, отражения и отражения отражений множатся до бесконечности, и видение Адсона о книгах, беседующих меж собой о других книгах, обретает плоть и типографскую краску. Невозможно в полной мере насладиться творением Берена Белгариона, не будучи знакомым с «Черными и Алыми книгами Арды», «Звирьмариллионом» и, естественно, Первоисточником. Когда же Волкодав, сидючи в «косатке» посреди моря в компании кровников-сегванов рассуждает на тему: а надо ли писать фэнтези вообще и «Черную книгу» в частности – это, товарищи, да-а… Читайте «Знамение пути». К сожалению бессовестные капиталисты-издатели в погоне за прибылью разделили последний том на две книжки. Чтобы прочесть стихи, которые просто обязан прочесть каждый уважающий себя мелькорианец, придется выложить денежки за «Самоцветные горы». Стихи, как всегда у Семеновой, превосходны.

Вообще, на мой взгляд, самое яркое, выразительное и очень краткое переложение Толкиена на русский язык было сделано М. Успенским. не могу удержаться от цитаты: «…там, понимаешь, трое недомерков бегают по всему свету, ищут, куда пристроить волшебное кольцо… Там и люди были, и лесные, только эти недомерки всех обошли – и царей, и королей, потому что горазды были пожрать» («Там, где нас нет» СПб, «Азбука», 1997). Если вам, читатели, встречались любопытные отражения великой Книги, сообщите об этом городу и миру, то есть редакции.

Ю. Заруднева, №22

Мария Симонова, Дмитрий Кравцов «Привычка умирать», изд. «ЭКСМО», Москва, 2004 Серия «Абсолютное оружие».

Как–то я познакомился с Машей Симоновой, и она подарила мне свою книгу. Я прочел, мне понравилось, захотелось еще. После этого я, как человек честный, счел себя обязанным читать все книги Симоновой, что попадают мне в руки. Обязанность эта оказалась легка и приятна, как бочка с медом. Не обошлось, правда, без ложки дегтя – книги Симоновой с тех пор мне просто не попадались. Но всякому невезению приходит конец и мне в руки, наконец, попала эта книга! Открыл я ее с особым удовольствием еще и потому что тут Симонова, автор в среде фантастики известный и умелый выступает в неком новом качестве соавторства. А соавтор это всегда новые идеи, новый подход…

Я не ошибся! О чем собственно эта книга? Да вот, о все том же, вечно старом и вечно новом: бойтесь данайцев дары приносящих. Тем более если и данайцы и дары их пришли из глубин неизвестного космоса. Хапнули земляне себе личного бессмертия и… , что из этого получили Вы узнаете сами, прочтя эту книгу. Прочтя, я уверен с удовольствием, местами с улыбкой, отмечая неординарные ходы молодых соавторов!

Б. Завгородний, №26

С.Синякин"Монах на краю земли", AСT, 2000 г.

Ура! Еще один волгоградский писатель успешно осваивает книжные просторы России. Это радует. Молодец, Сергей Николаевич! Радует также и то, что круг тем, проблем, затронутых в сборнике, позволяет думать о том, что "Монах …" – книга не последняя, очень многое осталось недосказанным, требует развития.

О самой книге. Она состоит из пяти самостоятельных произведений. Первым и самым крупным является повесть "Бузулуцкие игры". В самый разгар перестроечных лет в заштатный районный городишко Бузулуцк со стороны Меловых гор, громыхая металлом вошел… римский легион. И ничего особенного! Ни аборигены, ни древние римляне временной нестыковкой не озаботились и не удивились. "Ну мужики голые с мечами", - подумали бузулукчане, "ну варвары", - подумали о них римские воины. И только местные руководители всполошились. Им необычные пришельцы как бельмо на глазу. И вот здесь-то, в описании провинциальных нравов мелких князьков – секретарей райкомов, председателей райисполкомов и прочих начальников автор развернулся вовсю! Ах не могут это оценить молодые читатели. Не выезжали они в командировки по проведению фронтальных и комплексных проверок, контролю за подготовкой к работе в зимних условиях (печки-лавочки), по оказанию помощи в проведении выборов, семинаров, конференций и проч., и проч. Но те, кому за сорок, это оценят.

Уникальность происходящего, возможность воочию, не по слепкам античной культуры узнать о людях и жизни до н.э. никого не занимает. Автора, на мой взгляд, тоже. Сергей Николаевич очень увлечен латынью, ее лингвистическими красотами и тем, как она бесподобно ложится на современность. Трудно оспорить и финал повести. Римский легион добровольно остается в Бузулуцке. Каждый воин здесь нашел то, что ждет в пути любой человек – дом, покой, смысл бытия. Люди во все времена люди. Но ведь это так просто! Что будет с римскими мужиками потом? Даже Лемовский Кельвин не решился вернуться на Землю с Хари, в том числе и потому, что у нее не было документов. М. Булгаков, закончив свой великий роман, не оставил без судьбы ни одного из своих героев. А наш автор фактически их бросил. Просто бросил у подножия Меловых гор. Выбирайтесь, ребята, сами! А может выкрутятся?*

Небольшое произведение "Повесть болотных лет". Ах, если бы она вышла лет пятнадцать назад, автор имел бы как минимум всесоюзную славу и много неприятностей в работе и личной жизни. Незатейливый анекдот о жизни болотных обитателей и их мироустройстве под пером С.Синякина превращается в остроумнейшую пародию на советское житье-бытье, которое плавно переходит в житье-бытье российское, сегодняшнее. И это про нас, ребята.

Одним из лучших произведений сборника, бесспорно, является повесть "Отшельник Патмоса", но о ней умолчу, т.к. много лучше скажет постоянный автор "Шалтаев-болтаев", скрывающийся под инициалами О.К.**

больше всего мне понравились "Метафоры возможного и невозможного". Затрудняюсь определит жанр книги, потому что она представляет собою собрание отдельных новелл, эссе, очерков, рассказов, есть даже одноактная пьеса. Я бы назвала это произведение "размышления", так как совершенно очевидно, что "Метафоры…" – плод многолетних раздумий о жизни человека, слове, вере. Можно позавидовать, как много и основательно знает автор. При подготовке этих заметок снова перечла книгу и, думаю, что еще не раз вернусь к "Метафорам…", потому что умно, глубоко, интересно, а иногда просто филигранно (как бы сказал Михаил Афанасьевич, ай класс!).

Не могу не отметить две новеллы. Первая – "паромщик" повествует об одном вечере бессмертного перевозчика человеческих душ Харона. Вечере, уставшего после работы человека, его немудрящем ужине – молоке с хлебом - и мимолетном общении с обитателями мифического мира. Всё! И текст-то на одну страницу. Но уже давно не читывала такой человечной прозы, такой душевной и теплой истории, хотя каждую минуту помнила, где она происходит, с кем.

И еше одна новелла, которая является составной частью главы "Бог и матрос". Я назвала бы ее "Справедливость". Сцена из средневековья. Инквизиция, якобы ведьма, Дьявол. И снова минимум текста. Но из того, что есть, нельзя убрать ни одной строчки. Слово за словом и ощущаешь, буквально физически, боль, ужас, ненависть и возмездие. Если оно все же приходит, иногда даже в виде страшного, красноглазого, рогатого существа, значит Бог есть (прости, Господи).

Кстати о вере. Рано или поздно каждый человек задумывается о Боге. Даже агностики и атеисты. Все мы мечемся от веры к неверию. Думается, что прочитав "Метафоры возможного и невозможного", каждый найдет пищу для ума и сердца, потому что большая часть произведений посвящена именно размышлениям о Боге, которого автор ищет, отвергает, находит и снова отвергает.

И наконец. За последние 10 – 15 лет жизнь в нашей стране страшно политизировалась. И на кухне, и в постели, и на свидании мы поминаем президента, демократов, коммунистов, олигархов и т.д. что уж говорить о писателях. Кто хочет ваять "нетленку" , всегда пишет о современности, о чем бы ни писал. Так вот, можно сильно не любить руководителей и лидеров родной страны и противопоставлять в своем творчестве "начальников стройуправлений" и "честных ментов", чего там ("Эра свободного кваканья"!) но глумиться над физическими недостатками… "…это отнимает не шутя какую-то существенную мелочь у наших дел, достоинств и заслуг… Досадно ведь" (Шекспир).

Л. Безрукова, №9

СергейСинякин «Заплыв через реку Янцзы» «Издатель», Волгоград, 2004

Эта книга, наверное, наиболее ожидаемая и дорогая для меня. Издана она к 50- летию ее автора, смешным, то есть раритетным тиражом в 1000 экземпляров. В продажу как мне известно не поступит, но попадет прямиком в общественные библиотеки Волгограда и его окрестностей, прямиком в руки… нет слов описать этих читателей… Книга претерпит множество мучений от рук этих читателей и канет. Просто канет. А жаль… там такой роман из жизни поэтов в раю! Там такой рассказ из жизни алкоголиков в раю… там… Эх жаль что Вы это не прочтете… Впрочем… напишите нам и мы Вам ее за очень дорого пошлем в подарок. С автографом автора! Такие вот мы добрые!

Б. Завгородний, №26

НиколайСтепанов «Возвращение танцора», изд. «Альфа–книга», Москва, 2004, серия «Фантастический боевик»

Наверное, эту рецензию следовало бы назвать «Кому ничего не мешает?», но собственно это и так ясно, после прочтения романа –– хорошему танцору никогда ничего не мешает! Такой танцор и описывается в данной книги. Прочел я этот роман и пожалел об одном, жаль не довелось мне прочесть первую книгу данного сериала. Называется она, конечно же «Танцор» и странно бы было, если бы она называлась иначе. Танцор в роли главного героя однажды уже использовался в произведениях Василия Головачева, но этот факт нисколько не умалил мой интерес к данной книги и прочел я ее с большим удовольствием. Сюжет естественно вечен как сам мир. Кто–то кого–то спасает, возможно, мир, возможно, себя и что может быть интереснее этого в нашем мире? Тем более что по тексту разбросаны разные да забавные находочки автора. Так что счастливого Вам чтения!

Б. Завгородний, №26

ОлафСтэплдон «Последние и первые люди: История близлежащего и далекого будущего», «Создатель звезд» / Романы. Перевод с английского О.Э.Колесникова. – М., АСТ, Серия «Philosophy», 2004.

Такого масштабного эпического полотна не знала фантастическая литература – ни до, ни после Стэплдона. В «Последних и первых людях» история охватывает два миллиарда лет существования человечества. В «Создателе звезд» – существование всей вселенной, десятки миллиардов лет развития и стагнации, успехов и провалов, спокойных мирных периодов и глобальных космических катастроф.

Стэплдон показывает, как религиозные, или научные, или нравственные, или эстетические установки влияют на ход развития культуры и цивилизации, в каких областях творчества или естествознания этот вид цивилизации будет доминировать, а какие сферы деятельности окажутся для нее закрытыми, и по какой причине эту цивилизацию ждет бесславный конец.

Стэплдон выделяет некие краеугольные, камни, на которых основана та или иная культура, и, отталкиваясь от них, прогнозирует как развитие этой культуры на десятилетия вперед, так и взаимодействия этих культур друг с другом в будущем.

Например, Стэплдон описывает цивилизацию, где наука сакрализирована (что привело к стагнации в развитии и жесткой регламентации). Цивилизацию, представители которой стареют в 15 лет и тихо доживают лет до семидесяти дряхлыми стариками (самый миролюбивый из всех возможных миров). Цивилизацию, в которой безумство всегда одерживает верх (это наша текущая цивилизация). Цивилизацию, представители которой лишены эгоизма (что привело к групповым бракам и даже запрету моногамии). Цивилизацию летающих людей. Цивилизацию, начисто лишенную любопытства (зато преуспевшую в изящных искусствах).

Некоторые из прогнозов самого что ни на есть «близлежащего будущего» стоит отметить особо.

1.Война между Россией и Германией произойдет в частности из-за нацистской книжки, в которой говорилось, что «героический, и, несомненно, нордический, дух управляет (благодаря божественному праву) дисциплинированным, но тем не менее рабским - несомненно славянским духом. ... и в настоящее время славянский дух продолжает отравлять Европу.» (с.41). Хотя Стэплдон и посчитал, что с применением могучих сверхновых видов будущего оружия война займет всего неделю, тем не менее результат он предположил катастрофический: вымрет пол-Европы.

2.После разрушения Европы от многочисленных внутренних войн, США будет финансово помогать ей, но постепенно подомнут под себя всю мировую экономику. (с.47).

3. «Соединенные Штаты открыто заявляли о том, что являются стражами порядка на всей планете. . . повсюду широко презираемые за их самодовольство американцы очень быстро меняли сам характер человеческого существования. К этому моменту каждое человеческое существо на всей планете использовало американские продукты, и не было ни одного региона, где бы американский капитал не поддерживал местную рабочую силу. Более того, американская пресса, пластинки, кинематограф и телевизор непрестанно пропитывали планету американским образом мысли. . . . Америка, даже будучи презираемой, неотвратимо сформировала по единому шаблону всю человеческую расу» (с.43-44).

4.Правящая Партия Китая будет создана по образу и подобию российской партии большевиков, за тем лишь немаловажным исключением, что Партия будет чрезвычайно практичной. Например, позволит широко строить на своей территории иностранные заводы. «Экономическая политика Партии основывалась на принципе предоставления всем рабочим получения гарантированных средств к существованию и возможности полноценного образования. В глазах американцев, однако, средства к существованию, закрепленные таким образом, были едва ли пригодны лишь для зверей, а обеспечиваемое образование было устаревшим..» (с.63, 64).

Были ли предпосылки для таких прогнозов в 1930 году, когда писалась книга?

Впрочем, эта история близлежащего будущего занимает менее 50 первых страниц романа. Далее идет настоящая фантастика. (Может быть, а быть может и нет: ведь некоторые прогнозы Стэплдона на XX век сбылись).

Дальнейшее развитие человечества, его потомков и модифицированных людей, занимает львиную долю книги, и читать эту историю далекого будущего не менее познавательно.

Стэплдон обсуждает вещи «скорее с астрономической, чем с общечеловеческой точки зрения» (с.311). Да иначе и невозможно показать историю развития и упадка восемнадцати (!) цивилизаций, сменявших друг друга на протяжении двух миллиардов лет.

«Мы видели Человека на его маленькой Земле, выбирающегося из мрака на свет, и снова возвращающегося во мрак. От эпохи к эпохе формы его тела менялись, как меняются очертания облаков. Мы видели его отчаянную борьбу с пришельцами с Марса; и спустя мгновение, в которое уместилось еще немало веков прогресса и упадка, мы видели как из-за неизбежности падения на Землю Луны, он был вынужден переселиться на негостеприимную Венеру. Мы видели, как еще через несколько миллионов лет, которые были всего лишь мгновением в жизни космоса, он был вынужден, ввиду неизбежности взрыва Солнца, бежать на Нептун, чтобы там, спустя еще несколько десятков миллионов лет, вернуться в обычное животное состояние. А затем он снова поднялся и достиг сияющих высот разума, но только для того, чтобы сгореть, как бабочка, в огне неотвратимой катастрофы»

Цивилизации мелькают перед читателем как кадры фильма при быстрой перемотке.

Война с марсианским разумом, колонизация радиоактивных океанов Венеры, попытка колонизации Меркурия, эвакуация человечества на Нептун. И тут же: открытие способности «путешествовать» во времени, открытие «телепатии», выращивание искусственного разума, превосходящего человеческий мозг по всем параметрам. Прагматичное уничтожение искусственным интеллектом людей, космические корабли и атомное оружие.

Стэплдон зачастую пытается описывать науки, еще не существующие в его время. Вот как он предвосхитил, например, генную инженерию:

«Открыты более тонкие принципы наследственности и разработана методика, посредством которой возможна подлинная манипуляция наследственными факторами в самом зародыше», что позволило выращивать каких угодно животных, и даже особые типы людей, специализированные для определенных промышленных целей (из свежих примеров см., например, роман «Геном» С.Лукьяненко).

Когда же при описании будущего автора мучает лексическое удушье, он пересказывает картины грядущего столь витиевато и пространно, что у разных читателей могут сложиться весьма разнообразные образы грядущего. Порой Стэплдон делает пространные рассуждения о некоем явлении, потом следует стандартный кульбит «об этом величайшем творении я могу сказать лишь немного, потому что множество их достижений лежит за пределами понимания тех, для кого предназначена эта книга», после чего автор самоустраняется, оставляя читателю самому, в меру своих знаний, догадываться, что же именно могло иметься в виду.

Если фантастику изгоняют из Большой Литературы за художественный примитивизм, то к произведения Стэплдона это не должно относиться: у него вообще нет ни грамма художественности. Речь Стэплдона напоминает стилистику писателей, сравнительно поздно начавших литературную карьеру - лет эдак с сорока. Есть что-то от спешки, от стремления побыстрее высказаться, что ли. Отсюда и пунктирная манера повествования. Прав был критик Вл.Гаков, когда писал, что «для специалистов-филологов проза Стэплдона - ниже всякой критики, а для профессиональных философов его философия слишком "литературна"». Однако это прискорбное для тонких ценителей слова обстоятельство не помешало Станиславу Лему в своем фундаментальном труде «Фантастика и футурология» весьма аргументировано заявить, что «воображением и глубиной идей Стэплдон по меньшей мере двукратно превосходил Уэллса» (I-480), и посвятить разбору немногочисленных произведений Олафа Стэплдона около 80 страниц текста. Кстати, Г.Дж.Уэллс после выхода в свет «Последних и первых людей» весьма горячо поздравлял автора с успехом на ниве фантастики.

В «Создателе звезд» рассказчик не задерживается на Земле, а ментальным способом улетает из своего тела, дабы пропутешествовать по всем многочисленным населенным разумом мирам Вселенной, пройтись от первых разумных существ до разумных звезд, планет и других весьма странных образований, но, тем не менее, наделенных как разумом, так и своей весьма специфической психологией.

Стоя на холме, автор усилием воли отправляется в космическое путешествие по вселенной. «Судьба предоставляет мне возможность не только исследовать физические глубины вселенной, но и узнать, какую именно роль в звездном мире играют жизнь и разум».

В путешествие отправляется только разум человека, причем у него имеются в наличии только аналоги человеческих глаз, которые изо всего обилия волн и излучений эти "виртуальные" глаза воспринимают только привычные человеческому глазу волны. Однако для широты картины Стэплдон широко использует возможности телепатии – посредством которой главный герой вживается в новые миры, дабы изучать цивилизации изнутри.

Стэплдон несколько раз особо акцентирует внимание на то, что «цивилизация» и «механизация» не являются синонимами, и что вслед за развитием техники следует рост заболеваний нервной системы. Кроме того, он считал, что космос надо исследовать не физически, а телепатически! (смотри из последнего на эту тему: Л.Каганов «Моя космонавтика»). Степлдон даже не стал придумывать космические корабли для дальних межзвездных перелетов: высокоразвитые цивилизации отправляются «в гости» к своим соседям по галактике на собственных планетах! Кем только он не населяет вселенную! Степлдон бегло описывает разумных: кентавров, крабов, одноногих прыгунов, моллюсков-наутилусов, крылатых людей, медуз, пауков, рыб и даже растения. От существ фантастических, но, тем не менее, возможных биологически, Стэплдон переходит к рассмотрению вопроса зарождения разума у космических звезд, планет, галактических туманностей. И тут воистину фантазия автора предстает перед читателем в неувядающем цвете, потому что ни способов возникновения разума в таком странном обличии, ни способов взаимодействия между соседями по вселенной, никто до Стэплдона досконально не разрабатывал. Не разрабатывали и после: в современной фантастике проблемы негуманоидного разума (а уж тем паче разума неживотного происхождения) изучены крайне слабо.

Роман "Создатель звезд" – подлинный взрыв фантазии и "бесконечный фонтан миров": на трех сотнях страниц перечислено слишком много типов разумных существ и способов их социальной организации, чтобы до конца века все оставшиеся фантасты смогли бы исчерпать эти кладовые. Может быть, именно поэтому Стэплдона так высоко ценили Герберт Уэллс, Клиффорд Саймак, Артур Кларк, Станислав Лем, Джеймс Блиш, Сэм Московиц, Джон Браннер.

Перефразируя Маяковского, который назвал Велемира Хлебникова «поэтом для поэтов», Олафа Стэплдона с полным основанием можно назвать «фантастом для фантастов».

С. Соболев (Липецк), №26

БрюсСтерлинг «Священный огонь» Пер. Е.Любимовой. Екатеринбург, «У-Фактория» (Серия "Киберtime"). 2004. 448 стр.

Власть находится в руках геронтократов-глобалистов, и поэтому важнейшей отраслью человеческой деятельности объявлена медицина: буквально все подчинено медикам, стремящимся окружающую среду стерилизовать, людей кормить выхолощенными и очищенными искусственными продуктами, а в награду за добропорядочные деяния на благо человечества индивидуум получает медицинское обслуживание.

Странный это рай, где запрещена реклама, говорящие собаки ведут телевизионные интеллектуальные диспуты, уничтожены эпидемии, а самой высокоразвитой страной стала Индонезия, наименее всего пострадавшая в эпоху глобальных эпидемий 2030-х годов (смотри график из книжки Форрестера).

– У государства есть враги?

– Конечно! Множество! Бесчисленные орды! Самые разные отказники, диссиденты! Амиши. Анархисты. Андаманцы. Автралийские аборигены. Несколько племен афганцев. Какие-то американские индейцы. И это только на букву «А».

Проблема омоложения занимала человечество с давних пор. Что только ни придумывали для продления существования одной отдельно взятой особи: и пересадка мозга (Р.Хайнлайн «Не убоюсь я зла»), и запись сознания на внешний носитель (А. и Б.Стругацкие «Свечи перед пультом» - новелла из романа «Полдень, XXII век»; в этой новелле, кстати, упомянут загадочный «метод Каспаро-Карпова» - не знаю как там насчет метода, а вот противостояние этих двух фамилий известных шахматистов явилось пророческим), и живительные переливания крови бессмертных (Дж.Ганн «Бессмертные»), и киборгизация организма (смотри тот же «Робокоп»), и таскание камня в гору (А.Гайдар «Горячий камень»). В «Священном огне» Стерлинг использовал метод, описанный Петром Павловичем Ершовым (1815-1869) в сказке «Конёк-горбунок» (1834) [обратите внимание, сколько лет было Ершову на момент написания сказки, и попробуйте найти хоть что-нибудь еще, им написанное]:

Коль себя не пожалеешь,

Ты опять помолодеешь.

Слушай: завтра на заре

На широком на дворе

Должен челядь ты заставить

Три котла больших поставить

И костры под них сложить.

Первый надобно налить

До краев водой студеной,

А второй - водой вареной,

А последний - молоком,

Вскипяти его ключом.

Вот, коль хочешь ты жениться

И красавцем учиниться –

Ты без платья, налегке,

Искупайся в молоке;

Тут побудь в воде вареной,

А потом еще в студеной,

И скажу тебе, отец,

Будешь знатный молодец

Стерлинг, естественно, наукообразил все эти квазифольклорные метафоры, но суть осталась именно такая: тело пациента расщепляют, растворяют, и заново выстраивают в специальном чане-биоконтейнере.

Героиня романа, Миа Зиеманн, во время операции потеряла всю наносную культуру поведения, десоциализировалась, испугалась нагромождений условностей, которыми окружен человек ее уровня и достатка, и бежала из этой противной геронтократической среды на волю, в Европу. Ее медики ищут, эксперимент продолжать, а молоденькая и похорошевшая Майа колесит по Европе, связывается с молодыми бунтарями, попутно выступая на подиуме.

Метаморфоза с героиней произошла во время операции омоложения, когда сознание пациента отделяется на несколько недель от ощущений тела. Не кома, но глубокий сон, и человек словно рождается молодым.

(Чем-то эти метаморфозы напомнили мне роман «Бедные-несчастные» Аласдера Грея, в котором взрослая девушка с чистым сознанием младенца ринулась прочь из пут цивилизации, и отправилась путешествовать по Европе. Сбежав, между прочим, от лечащего врача).

Смысл романа еще и вот в чем: старой женщине-бухгалтеру дали возможность прожить жизнь заново, в молодом теле. Она что, кинулась сводить балансы с утроенной энергией? Куда там, занялась искусством. Потому что на хрен не нужны здоровому (психически здоровому, естественно) человеку маразматические противоестественные системы ограничений свобод.

С. Соболев (Липецк), №30

НилСтивенсон «Алмазный век, или Букварь для благородных девиц» Перевод с англ. Екатерины Доброхотовой-Майковой. М., АСТ, (Серия «New Wave») 2003.

Оформительская серийность книг погубит не один шедевр. Серия «New Wave» издательства АСТ обманывает ожидания читателей дважды: во-первых, собственно англо-американская «New Wave» шестидесятых годов представлена только Томасом Дишем, (сборник «Концлагерь»; произведения, его составившие, аккурат ложатся в рамки существования «Новой Волны»). Филипа Дика с большой натяжкой можно отнести к «Новой Волне», но роман, вышедший в рамках данной серии, выпадает хронологически. Во-вторых, серия, задумавшаяся как интеллектуальная, позиционируемая как альтернатива всему тому разудалому-звездно-космическому-боевикастому, с первых же выпусков была разбавлена троечной работой Руди Рюкера «Совтуха.exe» (между прочим, в анонсах АСТ эта книга мелькала с августа 2001 года, но, по выходу в свет, ожиданий не оправдала).

Ой как трудно чем-либо удивить заядлого читателя НФ. Тем более что сюжетообразующая техническая идея романа примитивна до безобразия и умещается в каких-то жалких три слова: сделан интерактивный букварь. Но как сделан, кем сделан, для кого, и какова степень интерактивности этого обучающего компьютера? – ответы на все эти вопросы разворачиваются по всему роману, вызывая новый поток ассоциативных связей, в результате чего плотный повествовательный клубок распутывать становится все интереснее и интереснее.

Недаром Нила Стивенсона называют «Аруром Кларком компьютерного века»: практически на каждой странице походя автором рассыпаны изумительные инженерные решения в области образования, вооружения, средств связи, медицины или развлечений.

Еще любопытней (интересней даже, чем техническая бижутерия) у Нила Стивенсона показана новая модель мирового устройства: «Информационные технологии избавили культуры от необходимости владеть конкретными клочками земли; мы можем жить где угодно. Общий Экономический Протокол определяет, как это делать». В двух словах этот ребус «Мир без границ» и не объяснить, у Стивенсона на это намеками и примерчиками аккурат полкниги ушло.

Например, одна из господствующих культур взяла себе для подражания Викторианскую Англию. Имя Александрины Виктории (годы жизни 19 мая 1819 – 22 января 1901, королева Соединенного королевства Великобритании и Ирландии с 1837, императрица Индии с 1876), ассоциируется сейчас с укреплением морального авторитета короны, экономической, военной и политической мощью Империи. Канонизировав лучшие черты английского XIX века в воспитании детей, военном искусстве и дипломатии, англичане конца двадцать первого века добились и аналогичного статуса на геополитической арене. У них даже новая королева опять Викторией зовется.

Кстати, «Алмазный век» уже не первый утопический экскурс в викторианскую Англию. Год назад у нас был переведен роман Брюса Стерлинга и Уильяма Гибсона «Машина различий» («The Difference Engine», 1991) (Екатеринбург, «У-Фактори»), где тоже антуражем использована сильно идеализированная, альтернативно-историческая Англия XIX века с паровыми компьютерами. А десять лет назад выходил совершенно нехарактерный для Гарри Гаррисона роман «Да здравствует Трансатлантический туннель! Ура!» («A Transatlantic Tunnel, Hurrah!», 1972) – опять же, прославляющий Великую Британскую Империю, сохранившую владения в Америке.

Особо стоит отметить перевод «Алмазного века». Современная переводная фантастика много теряет из-за спешки, но данный текст выверен в лучших традициях. Поразительно, что даже ирония, встречающаяся в тексте, совершенно не портит общую серьезную тональность произведения. Шутки органично вживлены в текст и воспринимаются как должное, а не как притянутый анекдот для оживляжа. Может быть, большая половина успеха этой книги у русского читателя – аккурат заслуга переводчицы Екатерины Доброхотовой-Майковой.

С. Соболев (Липецк), №23

С.Стоян «Претенденты из вечности» «ПринТерра-Дизайн», Волгоград, 2005.

Главная, связующая тема – общение землян с внеземными разумами. А разумы эти разные и на людей – и отдельных личностей, и человечество в целом – у них есть свои собственные планы. Тут и начинаются невозможные визиты, внезапные вторжения, таинственные похищения и конечно же, спасение человечества. Ну и любовь, куда без нее? Счастливая и безответная, внезапная и нарастающая, она приходит к героям книги и романтика сплетается со здравым смыслом. А что еще надо для семейного счастья?

Ю. Заруднева, №27