Рецензии

Л

Андрей Ливадный «История Галактики»

За последнее время в фантастической литературе наметился изряднейший перекос в сказочную фантастику. И то сказать – не нужно беспокоиться о соотнесении написанного с реалиями жизни. Не нужно углубляться в историю быта, культуры, оружия и пр., и пр., и пр. Что ни придумают, всё покатит, ибо магия!

С другой стороны классическая научная фантастика тоже переживает непростые времена. Освоение космоса, как оказалось, далеко не такое простое и эффектное дело. От ядерной энергетики, если честно, проблем пока больше, чем выгоды. Изучение океана, хоть в стиле Жюля Верна, хоть в стиле Жемайтиса, кажется современным читателям и писателям скучным (хотя почему? Интереснейшая ведь тема!)

Вот и появляются миры вроде «Вархаммера» – война ради войны, все режут всех, либо «Думм-3» – вроде бы и «сайенс», но с уклоном в мистическую шизофрению (опять-таки на мой взгляд).

Тем знаменательней выглядит на этом фоне появление типичнейшей, классической до предела, техногенной до немыслимой степени фантастики Андрея Ливадного. Очень логичный и не противоречащий ни физическим, ни психологическим, ни историческим законам Мир. Именно Мир, с большой буквы. Настоящий Универсум, Вселенная. Мир всегалактических масштабов. Мир невиданных по масштабам битв, великих археологических открытий, мир, где далеко не сразу поймешь, кто перед тобой, или что? Человек или робот? Живое существо или механизм какой-нибудь древней расы.

Во Вселенной Ливадного не протолкнешься от гиперсферных звездолетов, штурмовиков и истребителей. По страницам его книг стадами носятся шагающие серв-механизмы. Искусственный интеллект применяется где только можно и особенно там, где нельзя. Противодействующие стороны изничтожают друг друга всевозможнейшими видами оружия и боевой техники: от ручного импульсного до планетарных бомб и аннигиляционных установок.

Не менее разнообразны и сами миры, придуманные Ливадным. От почти буколических планет-парков до выжженных войнами планет-могильников. От изолированных миров-тюрем, превращенных к тому же в помойку для отходов выкотоксичных технологий, до целых звездных систем, контролируемых чем-то вроде галактической Аль-Каеды.

Но не смотря на высокотехнологичность, главное в мире Ливадного – люди. И все его книги – о людях и об извечной проблеме выбора. Его герои отказываются встать на колени перед многократно превосходящими их силами. Это книги о людях, которые сделали свой выбор и встали на пути тех самых боевых серв-машин, управляемых инопланетными «братьями по разуму», практически безоружными, и не пустили «синекожих» (хараммитов) к компьютерам всемирной службы безопасности. Это книги о людях, которые в заведомо безнадёжных ситуациях остаются людьми и находят в себе силы бороться с другими «людьми». С теми, кто не останавливается перед орбитальными бомбежками планет, перед жуткими экспериментами по ломке генофонда человечества, перед превращением биологических людей в то ли роботов с биоэлементами, то ли киборгов.

Я конечно понимаю субъективность моих оценок. Другие любители фантастики могут и не найти в Мире Гиперсферы то, что им интересно. Но всё-таки, на мой взгляд, Ливадный один из немногих писателей, кому удалось за оголтелой техногенщиной не потерять человека. Человека со всеми его достоинствами и недостатками, с героизмом и подлостью. Но и показывая духовный мир человека Ливадный не забыл о техническом прогрессе, от которого нам никуда не деться, хотим того или не хотим. Гибелью для природы он становится только из-за нас, из-за людей. Но тот же прогресс может дать нам мощные средства для преодоления любых кризисов.

А впрочем, зачем мне пересказывать сюжетно-философские идеи Андрея Ливадного? Если кто-то заинтересовался – прочитайте его книги, честное слово – не пожалеете.

А. Кравцов, №34

Шарон Ли, Стив Миллер «Торговый баланс». Серия: Золотая библиотека фантастики Издательство: АСТ, АСТ Москва, Транзиткнига, 2006 г.

Некоторое время назад на русский были переведены книги серии «Лиад»: «Конфликт чести», «Агент перемен», «Лови день», «Местный обычай», «Путь разведчика», «План Б», «Дерзаю». Книги в этом списке приведены в порядке написания, хотя для тех, кто захочет читать в порядке действия, сообщаю, что начитать надо с «Местного обычая».

Перед нами далекое будущее, космос, заселенный самыми разными существами. Те, кто называют себя землянами, делают в космосе первые шаги, сталкиваясь с надменными лиадийцами, воинственными икстранцами и существами, которые к гуманоидам не относятся. В сериале есть намеки, что, по крайней мере, гуманоиды происходят с одной планеты, но об этом давно забыто. О соотношении стандартного календаря, которым пользуются в «Лиаде», с нашим, современным нет и намеков, как и происходят ли «земляне» романов с Земли, на которой мы, автор и читатели этих заметок, проживаем.

Все, писавшие о «Лиад», не удержались от сравнения его с эпопеей Буджолд о Форкосиганах. И там, и там далекий космос, будущее и в центре повествования история одной семьи, в мире с нравами, напоминающими феодализм. Однако есть и отличия. У Буджолд вселенная населена только землянами, в «Лиаде» люди приходят в уже давно заселенный космос, цивилизации которого имеют многотысячелетнюю историю соперничества, войн, торговли и т.д. Герои Буджолд – воины, еще точнее, солдаты, в «Лиаде» – торговцы и пилоты; под этой поверхностью иной раз прячутся агенты и авантюристы – в старом, неотрицательном смысле этого слова, то есть люди, склонные к приключениям на свой страх и риск. «Форкосиганы» не имеют и капли мистики, в «Лиаде» она существует в виде драмлиз и странного дерева, которому служит клан Корвал, и которое нередко принимает решения за клан или отдельных его членов (например, при выборе брачного партнера – семейные отношения в будущем это отдельная песнь).

И главное: в центре сериала Ли и Миллера история семьи (клана) не земного, а лиадийского – клана Корвал, о котором сказано: "Число Высоких Домов составляет ровно пятьдесят. И еще есть Корвал. (Из ежегодной Переписи Кланов)". Когда-то Корвал заключили договор с беженцами, что приведут их на годную для жизни планету и будут беречь в пути и потом. Прошли столетия, но Корвал по-прежнему считают себя в ответственности за цивилизацию Лиад. Но прошли столетия, и потомки несчастных беженцев считают себя лучшими среди всех разумных и не желают, чтобы кто-то напоминал о прошлом, а главное – откровенно говорил о настоящем. В результате Корвал отвергнуты и Лиад покидают в 7 томе («Дерзаю»).

После 7 тома многие были убеждены, что эпопея закончена или надолго прервана, но тут появился 8 том «Торговый баланс», пронумерованный читателями как «Лиад-0».

Действие «Торгового баланса» начинается в 1118 году, тогда как действие «Дерзаю» происходило в 1392. книга начинается сопоставлением взглядов на жизнь лиадийцев и землян. Но эта тема в сериале рассмотрена была уже неоднократно. Как и вечно актуальная (увы) идея, что деление на нации (расы, цивилизации) менее важно, чем на плохих и хороших. Заметим в скобках, что проблема плохих результатов хороших намерений  в цикле не рассматривается – наверное это для американцев пока не близко. И до сих пор не встречалась мне в американской фантастике идея, аналогичная той, что когда-то заявили Стругацкие: «Главное всегда остается на земле». Поэтому несколько неожиданно, когда на передний план «Торгового баланса» выходит тема понимания между космонавтом и планетником. Умная лиадийка Норн вен-Деелин, взявшая в свой экипаж, а затем и клан, юного землянина Джетри Гобелина, землянина, который вырос на корабле, у которого для любой планеты есть одно название: «грязь», решает познакомить подростка с тем, откуда берутся товары. Мальчик собирается быть торговцем. И парень оказывается на одной из лиадийских планет – ухоженной, красивой, негусто заселенной своеобразными, неторопливыми жителями. Всё равно «грязь».

Потребуется время, чтобы он привык к открытому окошку, ветру, дождю. Забавно, что его родичи (а корабли в «Лиаде» это почти всегда семейные предприятия), люди неглупые, смелые, также придут в ужас, узнав, что мальчик отправлен на планету. И даже кинутся ему на помощь.

Финал раскроет много тайн, а для меня неожиданностью стал опять же взгляд на одну из любимых тем не только американской фантастики – вещи чужих цивилизаций – непонятные, соблазнительные. Фракталы, за которыми в космосе гоняются все: торговцы, разведчики, бандиты, это то, что осталось от какой-то древней цивилизации, и всеми ощущаются как сокровище, показывают свои древние и очень острые «зубы».

Замечу напоследок, что книги Лиадийского цикла неровные, не все детали создаваемого мира были авторами додуманы, тем ни менее очень рекомендую почитать и «Торговый баланс», и весь цикл.

Ольга Кавеева, №34

Андрей Лазарчук "Кесаревна", изд. "Азбука" (полная киноверсия).

Первое, что вспоминается, когда с Божьей помощью дочитываешь 590-ю страницу романа, старый бородатый анекдот. Да-да, тот самый, который кончается репликой главврача дурдома: "Психи, кто из вас утащил у меня телефонную книгу?"

Правда роман отличается от вышеупомянутой книги. Хотя бы тем, что ее "персонажи" идут по алфавиту, и нет стольких сражений.

Но может кому-то и понравится.

P.S. Режиссеру, который рискнет поставить эту "полную киноверсию", можно дать один совет: в массовых сценах применять боевое оружие.

СтарFan, №9

Андрей Лазарчук выпустил (благодаря издательству «АСТ» в серии «Звездный лабиринт») два романа из цикла «Космополиты» – «За право летать» и «Сироты небесные».

Написал он их не один, а в соавторстве. Но не спешите кричать «С Успенским!!!», ибо тут вы ошибетесь в первый раз. Поскольку написаны сии романы в соавторстве с женой Андрея Ирой андронатти.

Второй же раз, а заодно и третий вы ошибетесь, вы ошибетесь, предположив, что это что-то типа самого Андрея или дуэта с Успенским.

Нет! Ни тем, ни другим это не является. Романы написаны очень хорошим слогом, но их юмор, там, где он необходим, совсем не похож на тот. Очень легко читается, и не путаешься в персонажах, как в «Кесаревне Отраде»

Отрадное чтение.

СтарFan №21

Ч. де Линт «Покинутые небеса» СПб.: Азбука-классика, 2005 (серия «Городские легенды»)

Наличие в волгоградских магазинах книг Чарльза де Линта меня приятно удивило, и причин тому несколько. Во-первых, это имя, к сожалению, немного говорит российскому читателю фэнтези; во-вторых, де Линт – канадец, а канадская фантастика почти не представлена на книжных полках (за исключением разве что М. Этвуд и Г.Г. Кэя). Наконец, третья причина – традиционно восторженные отзывы критиков о каждом новом произведении этого автора.

Все книги де Линта, так или иначе, относятся к циклу «Легенды Ньюфорда», но (безусловный плюс) очень мало связаны между собой. Это позволяет, не заботясь о хронологии событий, читать каждый его роман как новый. Действие «Покинутых небес» (в оригинале роман назван по-другому, но перевести английское название очень трудно), также происходит в вымышленном городке Ньюфорд.

Сюжет особой оригинальностью не блещет. В начале романа нелегальный ночной таксист Хэнк чуть не погибает, пытаясь защитить фотожурналистку Лили от напавшего на неё убийцы. Однако обоих вовремя спасают две весьма странные особы, чья принадлежность к роду человеческому более чем сомнительна. После этой встречи и Хэнка, и Лили, и всех их знакомых начинает медленно, но верно затягивать в водоворот таинственных событий, происходящих в городе. Зачин, как видите, типичен для городского фэнтези.

Довольно быстро выясняется, что люди, оказывается, сосуществуют со «зверолюдьми» (попросту, оборотнями). Зверолюди, разумеется, могущественны и бессмертны. И, конечно же, разные их кланы враждуют. Причиной соперничества становится некий магический горшок, использованный при создании мира вообще и людей в частности. Здесь автор использует индейские мифы, и это немного освежает банальный, в общем-то, сюжет.

Роман можно условно разделить на две части – первая в основном посвящена людям, вторая – «зверолюдям». Повествование от третьего лица то и дело перемежается воспоминаниями героев, их электронной перепиской и даже документами (запрос о госпитализации одной из героинь). Этот приём позитивно сказывается на восприятии книги и позволяет де Линту лучше обрисовать персонажей. В первой части романа заметны черты триллера, и она производит гораздо более сильное впечатление, нежели вторая, изрядно подпорченная наивной сентиментальностью и слишком уж частым использованием магии в качестве сюжетообразующего фактора. Кажется, что под конец автор заторопился, и неспешный прежде сюжет вдруг помчался вперёд резвой рысью, что, конечно, не есть хорошо.

Несколько слов о персонажах. Образы основных действующих лиц обрисованы мастерски. Единственный промах автора – это главные злодеи книги, лишённые как малейших позитивных черт, так и индивидуальностей как таковых. Зато невозможно не оценить превосходный и неоднозначный образ авантюриста и пройдохи Коди.

В общем, если бы книгу с таким сюжетом и персонажами написал не Чарльз де Линт, читать её не стоило бы. Но у де Линта есть то, что заставляет простить и логические неувязки, и отсутствие новаторства. Это язык и стиль. Роман написан спокойно, сдержанно и поэтично. В описаниях де Линту почти нет равных, а то, как он владеет языком (благо, перевод позволяет себе это представить), не может не повлиять на восприятие произведения. Некоторые абзацы, а иногда и главы, приводят в изумление изяществом и красотой фраз. Так что если вы ценитель стиля, а не оригинальности, роман «Покинутые небеса» – для вас.

Об оформлении книги. Претензий нет, «Азбука» вообще заботится о внешней привлекательности изданий. Но вот иллюстрация на обложке не имеет к содержанию ни малейшего отношения. Ничего подобного в романе я не заметил.

Ну что ж, книгу можно прочитать хотя бы ради языка. В общем, она, безусловно, выделяется из массы сочинений городского фэнтези, да и читательский интерес де Линт неплохо поддерживает, так что, купив её, вы не будете очень расстроены.

Стэн Диш, №32

Чарльз де Линт. Загадка поющих камней. – СПб.: Азбука-классика, 2006. – (Серия «Городские легенды»).

Рассказ об этой книге я начну с предупреждения: это НЕ городское фэнтези, несмотря на то, что роман издан в серии «Городские легенды». Это даже не мистика, чего можно было ожидать; нет, это всего лишь традиционное фэнтези, и не совсем ясно, почему «Загадку поющих камней» опубликовали именно в этой серии. Единственное объяснение – все до сих пор вышедшие книги де Линта в неё входят. Видимо, издатель решил, не мудрствуя лукаво, включить в их число и книгу, не имеющую ни малейшего отношения ни к городскому фэнтези, ни к литературе вообще.

Чарльз де Линт – автор отнюдь не плохой, и большая часть его творчества совсем не бездарна, хотя и не блещет своеобразием. К сожалению, «Загадка поющих камней» не дотягивает по уровню даже до худших книг де Линта из «Ньюфордского цикла». К последнему она никоим образом не относится и написана гораздо раньше (оригинальное издание этого более чем неоригинального произведения появилось ещё в 1984 году). Думаю, только неустоявшимся стилем и можно объяснить столь невысокий художественный уровень книги.

Для того чтобы говорить о литературных достоинствах текста, нужно их сначала обнаружить; однако тщательный поиск не дал результатов, и я перейду сразу к недостаткам романа – а их, видит Бог, более чем достаточно.

Во-первых, банальность сюжета и персонажей. Истории о попадании земного (пусть даже не совсем земного) человека в другой / другие мир / миры и последующей его борьбе со вселенским Злом (с большой буквы – куда уж без неё!) в умопомрачительном количестве печатаются по всему миру. Только не у всех из них такой знаменитый автор, как де Линт. И в этой ситуации обидно именно за автора. Тем более что о типичной для позднего творчества канадского писателя сложности характеров и хотя бы относительно искусных сюжетных ходах здесь и речи быть не может. Книга читается как сплошная цитата из самых разных бездарно написанных произведений того же сорта.

Во-вторых, ни одной идеи (если, впрочем, не считать идеями трюизмы), я в книге не обнаружил. Книга без идеи, как известно, мертва; «Загадка поющих камней» в этом отношении – труп трупом.

В-третьих, это просто скучно читать. То, что персонаж скажет или сделает дальше, ясно заранее, хэппи-энд напрашивается с первых страниц, диалоги пресны, и даже при своём небольшом объёме роман кажется затянутым. Для раскрытия столь ординарного сюжета хватило бы и двух частей, а де Линт пишет целых четыре, не считая эпилога… Если вы читали одну подобную книгу, считайте, что знаете наперёд их все. Лично у меня роман вызвал приступ зевоты, достигший апогея в момент первого появления на страницах книги слова «эльфы».

В-четвёртых, ни язык, ни стиль не компенсируют недостатков сюжета, как это происходит в поздних работах писателя. Где этот восхитительно богатый словарь, этот чарующий стиль, которым де Линт так радует в «Ньюфордском цикле»?! Их нет и в помине. Зато автор умудряется вызвать раздражение неумеренным использованием выдуманных слов, зачастую изготовленных только для того, чтобы заменить ими вполне привычные фэнтезийные «реалии», и сентиментальностью в худшем смысле этого слова.

Финал, скомканный и предсказуемый, не дотягивает даже до уровня начала произведения. А после прочтения книга забывается мгновенно, не оставляя ни малейшего впечатления.

Единственное, что в книге невозможно подвергнуть критике, – это оформление, особенно иллюстрация на обложке. Она достойна украшать куда более интересное произведение, и я полагаю, что художник Йен Филд-Ричардс постарался на славу.

Одним словом, если у вас есть вкус и вы разбираетесь в литературе несколько лучше, чем верблюд в квантовой механике, «Загадка поющих камней» не заслуживает вашего внимания. Оставив книгу пылиться на полке в магазине, вы ничего не потеряете. Если же приобретёте и прочтёте – потеряете некоторую сумму денег, несколько драгоценных часов вашей жизни и уважение к жанру традиционного фэнтези вообще (а может быть, и к Чарльзу де Линту в частности). К сожалению, де Линт, писатель даровитый и вполне достойный интереса, здесь предоставил нам абсолютно неудачное со всех точек зрения произведение.

Стэн Диш, №33

Логинов С.В. «Дорогой широкой» М.: Изд-во Эксмо, 2005 г. 320 стр.

Наверное, каждый человек хоть раз в жизни ездил на поезде. Размеренно стучат колёса, за окном мелькают пейзажи, вот только разглядеть их не получается – скорость высока. Герой нового романа С. Логинова отправляется из Петербурга в Москву не на поезде – на асфальтовом катке. Этот ход известного автора позволяет приблизить к читателю северо-запад России, людей его населяющих.

Моторист катка Юрий Неумалихин в один прекрасный день освободился от алкогольной зависимости и решил отправиться в Москву в гости к брату. А поскольку голова у него была непривычно трезвая, своё путешествие он решил совершить на этом самом катке. По пути к нему прибивается мужичок, на полном серьёзе именующий себя Богородицей и собирающийся родить для России Спасителя. В путешествии они пересекаются со многими людьми, проезжают кучу интересных мест. Где-то колхозники гонят из одуванчиков самогон. Где-то свадьба, где-то похороны. Вот так и пролетает под колёсами катка половина России.

Роман написан в жанре социально-бытовой сатиры. На первый план автор выставляет простых русских людей начала двадцать первого века. Причём у Логинова перед русским народом какое-то особое благоговение – поневоле вспоминаешь эпоху народников. Правда, выходить в народ в поисках новых сюжетов в то время это было новым веянием, а сейчас всего лишь дань моде. Да и люди у Логинова какие-то чересчур схематичные. Будто бы увиденные из окна поезда. Вроде бы человек, а вроде и нет – настолько не похож он на горожанина. В каждом встречном герои пытаются увидеть душу, вот только не у всех она есть, потому и ожидает путешественников зачастую разочарование.

Знаковым моментом является и то, что в своей поездке по России герои в Москву так и не попадают, объезжая Московскую область по периметру. Автор будто бы говорит: «В границах Москвы России давно не стало».

В романе звучит и тоска по прошлому, и авторское видение будущего нашей страны. К сожалению, Россия – это не деревня Найдёнка, и силой двух мужиков её не выправишь. Хотя, конечно, хотелось бы. Несомненно, этот роман найдёт своего читателя, но вот откровением станет вряд ли. Не то нынче время.

Дэн Шорин (Тула), №30

Еще один волгоградский метр – Евгений Лукин – тоже преподнес дар фэнам: новую вещь «Чушь собачья», («АСТ», «Звездный лабиринт»).

Читать было приятно. Наслаждение от неповторимого лукинского юмора – неописуемо (один «И.С.Тургенев – писатель-утопист» чего стоит).

Так что содержание никоим образом не соотносится с заголовком (в смысле чуши!).

Купите – не пожалеете!

СтарFan, №21

Евгений Лукин «Портрет кудесника в юности» (Серия «Звездный лабиринт»)

Книга имеет подзаголовок «Баклужинские истории»…

Добротная наводка для уже читавших этого автора.

Ах, как хорош Лукин в своих Баклужинских историях!

Каждая миниатюра – сочный мазок к общей картине «Алой ауры протопарторга» и всему циклу, что теперь вырисовывается из-под его пера. Более всего меня поразили даже не сами небольшие картинки-эпизодики из жизни молодого Глеба Портнягина и его наставника Ефима, а те редкие (или не такие уж редкие) перлы, которые разбросаны щедрой авторской рукой по всем этим историям, передать которые просто невозможно – ими можно лишь восхититься, перечитывая сборник Е.Лукина!

Спасибо за очередной подарок, мэтр.

В. Лебедев (Астрахань), №26

Лукин Е.Ю «Портрет кудесника в юности. Взгляд со второй полки». – М.: АСТ (Звездный лабиринт), 2004. – 303 с.

Книги в жанре юмористической фантастики выходят в России регулярно. Но, как ни печально, отечественные авторы зачастую предлагают на наш суд всего лишь бородатые анекдоты, растянутые до размера романа, или очередную историю о современном Иванушке-дурачке, очутившемся в мире русских народных сказок. Действительно, зачем тратить время на создание чего-нибудь оригинального? Вполне можно обойтись знакомыми каждому читателю мирами и персонажами. К примеру, взять Кощея Бессмертного, определить к нему в напарники обкуренного гнома, заставить их спасать очередное «Средиземье» от сил тьмы, а приключения хорошенько сдобрить «туалетными» шутками. Только при подобном подходе потом не стоит удивляться низкой оценке своего произведения и обвинять литературных критиков и читателей в отсутствии чувства юмора.

Говорят, смех продлевает жизнь. Если это и вправду так, то подавляющее большинство современных книг в жанре юмористической фантастики сродни фальсифицированным лекарственным препаратам. Упаковка имеется, от настоящей не отличишь, назначение препарата указано, а вот эффекта от него – никакого. Благо, есть авторы, которые всегда заботятся о качестве своего произведения. Именно к таким относится волгоградский писатель Евгений Лукин. Уверяю вас, что уже с первыми прочитанными страницами сборника «Портрет кудесника в юности» долгожданный эффект наступит, то есть стены квартиры непременно начнут содрогаться от вашего хохота.

Райцентр Баклужино, где разворачивается действие двадцати пяти рассказов «Портрета», давно известен поклонникам фантастики. Пять лет назад вышел роман «Алая аура протопарторга», а в 2003 году свет увидела повесть «Чушь собачья». Что собой представляет этот мир? Наверное, уменьшенную модель России и своего рода сказочную утопию одновременно. Волшебство в Баклужино – вещь обыденная, и у многих его жителей восторга не вызывает. Тут над крышей дома сбиваются в стайку мелкие перелетные барабашки, там из-под койки выглядывает ученая хыка, а здесь мастрячат фантома и спокойно выходя в астрал.

События «Портрета» происходят задолго до тех, о которых Лукин рассказывает в романе и повести. Правда, назвать «Портрет кудесника в юности» приквелом язык не поворачивается. Сусловская область пока не распалась, хотя и трещит по швам, а будущий президент баклужинской республики Глеб Портнягин только осваивает азы колдовства под руководством белого мага Ефрема Нехорошева – старика вредного и пьющего, но справедливого и глубоко патриотичного. Патриотизм вообще свойствен многим Лукиновским героям. Старый колдун Ефрем Нехорошев говорит ученику: «Ты хоть знаешь, что такое мантра? Это ж наше слово «матерна» – всего на буковку разница!»

Как и в других произведениях Лукина, главные герои «Портрета» – колдун и его ученик – не решают задач вселенского масштаба, а стараются помочь обычным баклуженцам. Однако не стоит думать, что все шутки построены на комичных ситуациях, в которых оказываются клиенты, пришедшие на прием к Ефрему Нехорошеву. Весьма часто и ненавязчиво прозвучит что-нибудь злободневное вроде: «Как заговорят о добре в мировом масштабе – значит, жди бомбежки. Примета такая». Ничего удивительного, ведь Евгения Лукина всегда интересовали проблемы современности, а не «прекрасного далека».

Читая «Баклужинские истории», не перестаешь, как всегда, изумляться литературному таланту Евгения Лукина. Вроде бы и слова все просты и известны, однако в какое кружево они сплетены! Два-три предложения, и вот, пожалуйста, готов герой: «Гостья была сухощава, стремительна в движении и тверда на ощупь. Во всяком случае, локоток, за который Глеб галантно ее поддержал, помогая усесться в кресло, по прочности не уступал чугуну. Такое чувство, что Бог сотворил эту даму из ребра батареи парового отопления». Каждый персонаж книги выписан удивительно ярко, будь то черный маг Никодим Людской или «серо-белый» кот Калиостро, и запоминается надолго.

Пожалуй, единственный недостаток сборника – его размер. Как сказал бы сам автор в таком случае, «не хотелось бы опускаться до банальности, но тем не менее» новый сборник глотается за вечер. Несмотря на жанр, казалось бы, несерьезный, в книге можно найти много глубоких мыслей, мастерски поданных автором.

С. Кайманов (Абакан), №30

Евгений Лукин. После нас хоть потом: Баклужинские истории. – Волгоград: Издатель, 2005.

Ошарашивающая новость: Лукин издался в родном Волгограде!

Впрочем, все просто: членам Союза писателей время от времени предоставляется возможность печататься в своем издательстве. Правда, тиражи мизерные – как правило, всего тысяча экземпляров, и в свободную продажу книги сии не попадают. Только в библиотеки, да еще авторские экземпляры дают.

Дошла очередь и до Лукина. Евгений, само собой, порадел родному городу: Сусловская область, конечно, наша, Волгоградская. Три книги, посвященные ее настоящему и будущему, уже выходили в московских издательствах, а теперь оказались под одной обложкой.

«Портрет кудесника в юности», повесть в неизвестном количестве рассказов (ибо цикл продолжается, – в этом может убедиться каждый, кто читает «Если») – очень смешная вещь. Посвящена она нашим временам, во всяком случае, антураж совершенно злободневный. Особенно серый фотонный крейсер, на боку которого огромными корявыми буквами было выведено: «Бей землян – спасай Галактику!».

Нет, я вполне серьезно. Это на моей памяти самая веселая книга Лукина – «Портрет кудесника...». И с каким же трудом она писалась – вначале... Впрочем, это еще О. Генри заметил, что профессиональные юмористы в жизни, как правило, мизантропы.

Каждый рассказ достоин эстрады. Это вам не Петросян, даже не Задорнов. Ибо в каждом присутствует не только очень тонкий юмор, не только вполне внятная умному человеку мораль, но и всегда – свежайшая, со сковородочки, мысль – как правило, парадоксальная.

В «Алой ауре протопарторга» Сусловская область распалась минимум на три государства. Причем в Баклужино правит Лига колдунов во главе с президентом республики, уже знакомым нам Глебом Портнягиным (выросла из партии «Колдуны за демократию»), в Лыцке – Партиархия, в которой протопарторг Африкан (бывший подельщик Глеба по уголовному делу) занимает не последнее место – а в конце повести становится Партиархом, что же касается Суслова, то он в этой повести почти не упоминается.

Пересказывать сюжет не стоит – книга не раз рецензировалась и прочитана, думаю, всеми читателями «Шалтая». Стоит лишь упомянуть, что в ней строго, чуть ли не математически доказано: самые худшие враги – друзья, самые лучшие союзники – враги.

Что же касается подвига пса Ратмира, спасшего хозяина, а заодно и все руководство Сусловской республики от покушения, но при этом погибшего («Собачья жизнь») – это... В общем, это – гимн собаке!

«...пожертвовать жизнью из чувства долга, то есть из принципа – на такое способны только люди и псы! Причем чаще псы, чем люди» – это слова Ратмира на встрече со школьниками.

Дело в том, что Ратмир – человек, работающий собакой...

Антураж смешон и весел. Одно то, что хозяин Ратмира носит имя Рогдай, говорит о многом. Или тот факт, что Гильдия служебных псов возникла на базе дворянского собрания. А монах-доминиканец (кстати, в переводе – «пес Божий»), собирающийся проповедовать слово Божье собакам (каким собакам? Вымерли они, натуральные-то, в Суслове! Но – собакам, ибо в идеале, которого Ратмир и достиг, в собачьей ипостаси он – именно собака и только собака!) – на собачьем же языке («Условные телодвижения, богатейшая мимика морды... Добавьте к этому акустические сигналы: рычание, скуление, фырканье, визг! А главное – собственный пример» – это слова доминиканца).

«– И чем же тебе так нравятся песики?

Личико дочери оживилось, просветлело.

– Они храбрые, – сказала она. – Верные. Умные. А люди – уроды... Водку пьют, курят, матными словами ругаются! Дядя Артур, пока на четвереньках, хороший... А встанет с четверенек – урод...»Продолжим традицию Лукина, то и дело ссылающегося на святое писание, и процитируем в свою очередь: «Устами младенца глаголет истина».

После такой книги хочется завыть по-собачьи.

Утешает лишь то, что «Собачья жизнь», одна из наиболее пессимистичных вещей, что мне привелось встретить в фантастике (разве что «Сирены Титана» поспорят), написана раньше «Портрета кудесника...». А «Портрет...» – куда веселее.

Иначе можно было бы подумать, что Евгений Лукин вскоре впадет в полную депрессию и неверие в человечество.

Но я так не думаю.

Ю. Астров, №33

С.Лукьяненко "Холодные берега".

В основу этой очень хорошо написанной книги положено две идеи: во-первых, возможность сохранения любой вещи "на слове", то есть произносишь про себя только тебе известное слово и вещь (статуя, пулевик, помада) появляются у тебя в руке; во-вторых, на Земле железо столь же редкий металл, как золото. Последняя идея, кстати, вполне реалистична, по подсчетам ученых количество железа в земной коре действительно аномально высоко, что скорее всего свидетельствует о какой-то давней космической катастрофе.

Из этих двух посылок у автора получилась очень другая история Европы, совершенно другая техника и главное - другое христианство. А сюжет: император Европы ловит сбежавшего принца, а вор и графиня-летчица в этом участвуют. Очень советую почитать.

О. Кавеева, №5

С. Лукьяненко "Ночной дозор", АСТ.

Сюжет более, чем интересен. Абсолютно логичен и уместен. Читая роман начинаешь верить в то, что действительно рядом с нами живут и работают маги, колдуны, вампиры, оборотни, которых мы не замечаем, вернее они не позволяют. И ой как хочется оказаться в этом отряде избранных

"иных", проходить через "сумрак", немножко повоевать и даже все равно на какой стороне и меньше всего в роли "корней" или "корма", как называют "иные" все остальное население.

Единственное, чем грешат, к сожалению, все российские писатели-фантасты, и не только фантасты, это вопрос - что есть добро, что есть зло. Создается впечатление, что автор для себя до сих пор не решил эту сложную проблему - последствие постперестроечного шока. Как всем нам претит добро, которое с кулаками, счастье выбранное за нас.

И еще: один маленький эпизод, о подарке, сделанном в детстве одним мальчишкой другому, деревянный нож или кинжал, способный убивать иных. На протяжении многих недель меня преследовала одна неотвязная мысль, что где-то, что-то подобное мне уже встречалось, как говорят французы "дежавю". Пока случайно мне в руки не попалась книжка Крапивина "Дети синего фламинго". У меня потеплело на душе - я не схожу с ума. Приятно, что в детстве мы читали одни и те же книги.

Н. Мальцева, №10

С. Лукьяненко, В. Васильев "Дневной дозор", АСТ("Звездный лабиринт")

Да простят меня авторы, это большая неудача. Можно было бы написать замечательную вещь, хотя бы то, что изложено в "Ночном дозоре", но с другой точки зрения и было бы уже интересно. А так получилось бездарное продолжение очень неплохого романа. Все те же политические дрязги, которые мы получаем со страниц газет, с экранов телевизоров. Единственное отличие: светлые и темные вместо правых и левых. Интересная вещь, которая была в "Ночном дозоре" – инквизиторы, которые "не умеют любить, но умеют защищать" – опять низведены до обычных политических предпочтений. И интриг.

Немного пошлости, немного политики, немного фантастики. Не удивительно, что эту книгу до сих пор можно встретить на прилавках некоторых магазинов, читающую публику не так легко обмануть.

Н. Мальцева, №10

С. Лукьяненко, Ник Перумов "Не время для драконов", "ЭКСМО-Пресс", 2000 г.

Сотрудничество оказалось весьма удачным. Буйство фантазии при изображении многочисленных магических кланов: тотемных, стихийных; заклинаний и магических приемов – пересказ не благодарное дело. Эльфы, гномы – не дань моде, а полноправные жители Срединного мира, точность в мелочах, продуманность в деталях и мир стал живым и настоящим. Чередование сна и яви, приключений мага и жителя нашего мира, мира изнанки, придает динамичность развитию сюжета. Невозможно оторваться до последней страницы. Неуспокоенные мертвецы, таборные эльфы и поезда, электричество ставят в тупик не только героев, но и читателей. Можно сказать, что это – книга, которую долго ждешь, не зная заранее, какая она должна быть, но когда она попадает тебе в руки, сразу понимаешь – да, это она; ту, которую принимаешь целиком, без вопросов и сомнений. Она не нуждается в представлении и говорит сама за себя.

Н. Мальцева, №10

Сергей Лукьяненко «Танцы на снегу».

В литературе сейчас эпоха постмодернизма – эту мысль давно повторяют критики из майнстрима, поясняя, что постмодернизм это когда писатель складывает свое произведение из заимствований (образов, идей, сюжетов). Причем не скрывает этого, а наоборот – гордится своей образованностью. То есть не надо путать постмодернизм с плагиатом.

Видно, теперь означенное течение добралось и до фантастики, что лишний раз доказывает – реализм от фантастики не китайской стеной отгорожен. Вот и Лукьяненко сразу и честно не скрывает, что использует «Звездные войны» для своей новой книги: планета Карьер смахивает на Татуин, мальчик Тиккирей на юного Люка Скайуокера, а Стась на Бена ван Кеноби. Или того хлеще: биография Альберта Эйнштейна в учебнике для младших школьников списана с истории Альки из «Военной тайны» Аркадия Гайдара.

Грамотный читатель может довольно долго развлекаться сопоставлениями, но наступает момент, когда понимаешь, что количество мыслей в книге лукьяненко сильно превышает их количество в заявленном прототипе (что не удивительно, потому что знаменитый фильм блистал эффектами, а не мыслями). Заодно замечаешь, что созданный автором мир оригинален и реалистичен; рискну даже сказать, что он логичен и продуман лучше, чем обычно у лукьяненко. При этом автор охотно использует в сюжете проблемы, которые на слуху: клонирование, например, или сериалы как способ зомбирования.

О. Кавеева, №12

Сергей Лукьяненко "Черновик" – М, АСТ (Транзиткнига), 2005, 416 стр.

Жил обычный человек, служил клерком в мелкой торговой фирме. Но однажды его заставили работать в межмировой таможне, на перекрестке пятью миров.

Конечно, способ, каким Кирилла выкидывают из «списка живущих», иначе как кафкианским не назовешь: его неожиданно забывают сослуживцы, соседи, друзья и даже родители убеждены, что перед ними – ненормальный шутник, а вовсе не родной ребенок. Мастерски наведенная выборочная амнезия людьми не ограничивается, а плавно захватывает и юридическую составляющего гражданина Данилова К.Д. 1978 года рождения: ни в поликлинике, ни в дэзе, ни в любом другом заведении не остается ни одного документа, свидетельствующего о его существовании, а потом в прах рассыпается и его паспорт. Без паспорта, если кто вдруг не знает, в Москве делать совершенно нечего, это вам не Англия.

Сидит теперь Кирилл в трехэтажной башне с удобствами, одна дверь в Москву выходит, другая – в мир а-ля XIX век по Жюль Верну, третья – на безопасный курортный пляж, четвертая – в Нирвану, абсолютный наркоманский рай, а пятая – на Землю-1, мастера с которой, собственно говоря, и устроили эту вереницу отражений с разнообразием обитаемых и необитаемых, гостеприимных и неприветливых, интересных и опасных миров. Кирилл, конечно, не сидит в башне, а путешествует по мирам и пытается узнать, за что его таким подарком судьба наделила, может, и не подарок это вовсе, а наказание? Не прошло и суток, как выясняется неприглядная сторона индивидуальной утопии: если кому-то хорошо, то всегда есть и недовольные; причем в количествах, явно превышающих число безусловно довольных. Прямо-таки закон сохранения вещества применительно к такой зыбкой материи как «счастье».

Опытные люди конечно растусовывают Кириллу, что «Ты собираешь налог с товаров. И можешь полностью тратить его на себя» (стр.161, занятный собирательный образ «силовика» в массах сложился, не находите?), и что кроме денег «Ты получаешь полное здоровье и огромную способность к регенерации. ... Полагаю, даже если отрезать голову, она способна прирасти обратно» (стр.157). Потом открытым текстом вбивают в голову потенциальному бунтарю: «Честно исполняй свою функцию  - и у тебя все будет хорошо» (с.192). Что ж, расхожие успокоительные сказки для быдла: очень уж недавний «социалистический феодализм» напоминают, который так мил сердцу некоторым политикам, гротескно выведенным в романе. Чего стоит только фраза «Эта дверь нужна нашей родине» из уст депутата ГосДумы Димы, (стр.211), безусловно отсылающая читателя к риторике неумех-экспроприаторов вековой давности, чьими идеологическими детьми и являются нынешние горе-радетели за мифическую «единую национальную идею» и никому не нужное «удвоение валового продукта».

Искусственные миры, куда силой внешних обстоятельств непреодолимой силы забрасываются люди из привычного мира – вовсе не так уж и редки в фантастике. Рискнуть создать явно искусственный мир пробовал, кажется, каждый профессиональный фантаст. Вопрос лишь в том, для чего создается этот явно неестественный мирок, чья искусственность осознается его обитателями?

И если Филипп Фармер, например, начал городить бурлеск из приключений (как в "Мире реки"), Майкл Муркок в конечном итоге свел приключения бессмертных героев к декадентским оргиям на краю света, Братья Стругацкие показали жизнь социума и бездуховные эксперименты над ним, сродни коммуно-фашистским построениям, то Сергей Лукьяненко ограничился только попытками приключения тела.

Миры, описываемые Лукьяненко, живы и осязаемы, будь то обычная московская улица или выдуманная набережная моря, кишащая гигантскими спрутами, на Земле из параллельного мира. Весьма тщательно и достоверно выписаны как сами герои, так и мотивации их поступков, читатель как бы вживается в персонажа, и несется по роману уже в шкуре главного героя. Но в этом редком писательском мастерстве есть и изрядный минус: вживаясь в персонажа, читатель сразу замечает ситуационные ошибки, допущенные автором. Так и в случае с «Черновиком».

Откуда взялся казан с горячим пловом, если его не учуял нос главного героя? (глава 22).

Почему моментально выскочили соседи по лестничной клетке, как только девушка-акушерка начала орать, что ее убивают? (глава 5).

В первом случае запах плова просто-таки обязан был учуять любой человек. Во втором случае Кирилл мог просто успеть сбежать с места преступления – выскочить из квартиры и ринуться по лестнице вниз все равно выйдет быстрее, чем соседям – выйти на помощь пострадавшей; у него это получилось бы быстрее хотя бы просто потому, что на его стороне только один возможный выход из сложившейся трагической ситуации – бегство, а у соседей – полная неизвестность по поводу происшествия в чужой квартире.

Но это так, мелкие придирки к шероховатостям.

Новый роман Лукьяненко получился очень уж «московский». Не в том смысле, что роман привязан к топографии столицы, а в том, что автору удалось показать человека, перекованного мегаполисом: в сферу его жизненных интересов не входит абсолютно ничего лишнего, что могло бы ему помочь или навредить. Его интересует только то, что помогает выполнять его функцию, будь то торговля запчастями в компьютерном магазине или наказание преступников в параллельных мирах. Кстати, наверное,именно по такому принципу и распределяют способности всемогущие мастера с Земли-1: функционалами становятся только те земляне, которые ничем, кроме как своей функцией не интересуются и не могут интересоваться в силу склада своего характера. Где, как ни в мегаполисе, устанавливающим особые правила жизни для своих обитателей, легче всего найти таких бездумных исполнителей?

– Ты способен пить пиво, когда где-то убивают женщину? <...> Способен. В мире все время кого-нибудь где-нибудь убивают. Не умирать же от жажды" (стр. 199).

Какая такая война? А, так это на юге.

Когда же беды начинают входить в его дом косяком, когда война входит в его личную жизнь и рушит все планы... и, не найдя помощи у окружающих, герою приходится элементарно дезертировать, как неприспособленному к выживанию в экстремальных условиях, только тогда может быть его настигает катарсис.

Жаль только, что после очищения человек иногда чувствует себя как использованный лимон. Выжатый до последней капли, сморщенный и абсолютно никому не нужный лимон, выброшенный на помойку.

В подавленном состоянии Кирилл готов полностью отдаться в услужение высшим иноземельным функционалам, если б только не очередное издевательство со стороны новых хозяев: Кирилла лишают всех способностей, низводят в ранг простого человека, и убивают возлюбленную.

И тут Сергей Лукьяненко теряет чувство меры, идет на поводу своего персонажа, и, как следствие, впадает в дурную бесконечность: после утраты суперспособностей он наделяет своего героя гиперспособностями.

Думаю, во втором томе сериала Кирилл будет мстить, и месть его будет ужасной.

После чего книга приобретает совершенно закономерный в предложенных обстоятельствах поворот. Кирилл направляется в Харьков, где есть симпатизирующая ему женщина, кузнец-оружейник, (по совместительству так же назначенная межмировым таможенником), с помощью которой, надо предполагать, Кирилл будет мстить иноземельным функционалам.

Тем не менее книга содержит вполне здравый вывод: если сильно разозлить, то даже самый простой человек станет революционером. Или террористом, если пользоваться современной лексикой.

С. Соболев (Липецк), №30